История мужества: «Чуда не случилось, голос не вернулся»

4D7FBD0D-D05B-43ED-BA11-64000031E53B

Текст опубликован в рамках конкурса «История мужества». Конкурс продолжается, ждем ваших писем!

Здравствуйте, Николай Витальевич!

Я так и не смогла перейти с Вами на «ты» хотя прошло уже семь лет, не меньше с момента нашей встречи. Мой дорогой доктор, ваш подопытный кролик чувствует себя примерно также как и в день операции и во время пребывания в больнице, то есть улучшений нет. Чуда не случилось, голос не вернулся…

Я начну с предыстории… Шел второй курс обучения в университете…кем я была тогда? Активной, инициативной, везде участвующей молодой симпатичной барышней. Надо сочинить что-нибудь – всегда, пожалуйста, выступить на конференции – да не вопрос! Моей главной страстью в жизни была музыка…я пела большую часть жизни – за плечами музыкальная школа, десять лет фольклорного хора, единичные выступления на концертах с начинающей рок — группой моего бывшего парня, авторские песни и исключительно удачные дебюты с одногруппником на первом курсе университета. В общем, музыка была всегда со мной. Кроме того, мое молодое сердце трепетало от любви к одному очень интересному преподавателю, чьи ухаживания были для меня столь неожиданными и вдохновляющими, что я не могла не влюбиться. Все шло отлично до одного из самых важных событий в жизни любого творчески настроенного студента — студенческой весны. Наш номер отобрали для концерта, начались бесконечные репетиции. Это было необыкновенное чувство окрыленности, но со мной стало что-то происходить…Мне стало тяжело брать дыхание, мой голос…он стал ниже и грубее… на сцену я вышла, я спела, но радости не было… было ощущение провала …

После этого промчались бесконечные вереницы больниц и врачей, уйма советов, тысяча рецептов, начиная от молчания до дорогостоящих лекарств… Ничего не помогало. Мама со мной совсем выбилась из сил и мы, было, уже совсем отчаялись, но Бог не оставил нас. И вот, после долгого кружения по городу в поисках правды и профессионализма, мы попадаем к вам в больницу. В общем — то, никакой оригинальностью этот врачебный дом нас не встретил: белый потолок, белые халаты, болеющие люди, прохаживают по коридорам. Было множество консилиумов – мне говорили, что мой случай один на тысячу. Было множество снимков, вариаций оперативного вмешательства и диагноз – киста гортани. Решено – если я не лягу под нож, если киста, давящая на связки и закрывающая щель между ними и не дающая воздуху проходить свободно, разрастется, меня ждет летальный исход.

4

Все рухнуло буквально у меня на глазах: о музыке и речи не могло идти – голоса уже не вернуть, мама перед тем, как мне назначена была операция, попала в больницу, любимый преподаватель только изображал любовь со мной, а на самом деле встречался с моей лучшей подругой. Со всеми этими думами я абсолютно растрепанно-растерянная ступила на порог палаты, где впервые встретила Вас — красивого, статного, с отличным чувством юмора молодого ординатора, который представился в качестве моего палатного врача! Вы показались мне тогда несколько напыщенным, любящих клубы и девушек, а я была лишь хорошим случаем для написанием Вашей докторской. Вы отвели меня в смотровую, где меня окружили все врачи, которые только были в этом отделении, каждый заставлял меня открывать рот и произносить звуки, которые, к тому моменту, мне давались все тяжелее. Вы осматривали очень осторожно, это были ваши первые шаги в «три Б» большое блестящее будущее. Так длилось изо дня в день, вся операция просчитывалась до миллиметра. Потом был день операции, 2 наркоза, 4 часа кропотливой работы. Я очнулась уже в реанимации – в миг поседевшая мама, постаревший папа и заплаканная сестра – первое, что я увидела, а они видели хрупкую, худенькую девушку с двумя косичками и трубкой в горле, которую приходилось зажимать, если нужно было что-то сказать. В общем, вид у меня был, мягко выражаясь, не рентабельный. Когда Вы зашли в реанимацию, я видела в вашем взгляде некое недоумение и интерес к тому, как я выберусь из этого состояния и что же будет дальше! Но Вы, кажется, стали это тщательно скрывать за своей улыбкой и словами поддержки. Так как говорить с трубкой в горле, как минимум, не очень удобно, то я в знак благодарности занялась рифмоплётством и написала стихи с теплыми словами всем, кто был причастен ко мне и к моей операции, в том и числе и вам, хотя вы, наверняка, уже выкинули этот замусоленный клочок бумаги с глупыми размышлениями.

6

Как известно время – великий лекарь. Физическая боль и недомогания ушли на задний план, а моральные выдвинулись вперед. Меня все угнетало. Меня предали музыка, которой я посвятила всю свою сознательную жизнь, любимый человек, ушедший к подруге, ну и, конечно, голос, без которого было бы тяжко не только закончить начатые экскурсоводческие курсы, но и найти работу. Вы, видя все эти глупости, решили меня поддержать. Я тогда часами сидела в интернете через телефон, и вы добавились ко мне в одной из соц. сетей в друзья. Завязалась переписка. Мы разговаривали там обо всем, спорили. Но на работе я не навязывалась с какими либо интересующими вопросами, понимая, что Вы для меня и так слишком многое делаете. Я стала замечать, что начинаю влюбляться, поэтому старалась держать себя более сдержанно, и даже колко, пытаясь при любом удобном случае показать свою эрудированность и отточить свое острословие. Вы же, понимая суть игры, не поддавались мне, но все же играли. От недостатка физических нагрузок у меня началась бессонница. Я стала себя искусственно «усыплять» – читать непонятные книги с множеством терминов, чтобы отключать мозг. И Вы, конечно же, пришли мне на помощь, когда принесли из ординаторской книгу про болезни уха! Я прочла ее за три дня. Вы сделали вид, что поражены моими успехами, и наверняка думали, что я обманула вас, потому как глупая молодая девчонка не смогла бы прочитать ее так быстро. Но я и не думала этого делать, за это время я стала меняться. Поменялись мои жизненные приоритеты, мои планы на будущее. Но мне было страшно: как же я выйду за пределы этих стен, где все уже давно привыкли к моему сиплому тембру голоса, где все меня поддерживали туда, где идет снег, снуют машины и грубят на каждом шагу? Вы поддержали: «хочется вспомнить одного актера — Леванов. У него стал хрипеть голос после простуды. И ничего, он всегда был узнаваем и любим всеми».

Когда под новый год меня выписывали из больницы, было странное чувство – не хотелось покидать эти стены. В палате мы сдружились с девочками, а с вами было так здорово общаться! Я боялась, что как только я перешагну порог больницы, вся эта сказка закончится. На следующий день – 31 декабря под бой курантов я не стала загадывать то, чтобы я загадала бы до больницы – вернуть голос, а я загадала, чтобы все мои родные и близкие были здоровыми и счастливыми. Что мне теперь стала музыка, когда я поняла, как много значат для меня родные и что в этом мире есть дружба, любовь и поддержка.

Я не могла не писать Вам… мне как глоток кислорода нужно было общение с Вами и Вы мне его любезно предоставляли по ночам, после работы или во время дежурств по больнице. Я понимала, что это неправильно, и что вам нужно отдыхать, и что у вас наверняка есть девушка, но я не могла, не увидев вас «онлайн» не спросить о чем-либо.

5

Прошло уже лет семь, не меньше, Вы завершили свою карьеру в нашем городе и уехали в свой родной Бишкек. За это время мне пришлось пройти через многие «тернии». Шрам от трахеотомии на шее побледнел, но все так же задевает взгляд любопытных прохожих, которые полагают что это «укус вампира» или «бандитская пуля». А уж мой «простудный» голос режет уши любого прохожего, проезжего, пробегающего…

-Здравствуйте, взвесьте, пожалуйста, пол килограмма мандаринов!

-Сколько?

-Пол кило!

-Да вы простудились, бедненькая, не напрягайтесь, и побольше пейте чая с лимоном и с медом, а еще хорошо помогает теплое пиво, у меня, когда так было я быстро вылечилась этим рецептом…

-Водитель, остановите, пожалуйста, у «Школы»… ну я же просила у «школы», остановите хоть здесь!

-Громче надо называть остановку!!!

— …таким образом, цели, поставленные в дипломной работе, были достигнуты, и хотелось бы…

— Я думаю, достаточно, а то Вам наверное так тяжело говорить!

-Разрешите я продолжу!

Это все про меня, это все невыдуманные истории… это все происходит почти каждый день…

Конечно, Вы скажете – надуманный бред! В мире столько вещей, которыми можно заняться и столько людей, у которых более серьезные проблемы со здоровьем, но они не сдаются, и я соглашусь с Вами — я тоже не сдалась! Я со своим специфическим голосом закончила курсы экскурсоводов, закончила университет, нашла работу, сейчас учусь в магистратуре, но каждый день, выходя на улицу, я слышу один и тот же совет «Выздоравливайте!» и не могу поддержать беседу в шумном кафе или караоке-баре! Это не столько расстраивает, сколько раздражает. Каждый день подстраиваться под «шумные обстоятельства» или расспросы людей. Но человек ко всему привыкает, и я не исключение.

Простите, но, помня все то, что Вы для меня сделали, я иногда пишу Вам, узнавая как Вы. Спасибо Вам, Николай Витальевич, за заботу и за интересные беседы, спасибо Вам, за то, что подарили мне тогда сильное чувство, любовь. Спасибо за то, что я пересмотрела свою жизнь и приоритеты.

Надеюсь, вы уже не придерживаетесь больше своей позиции «Alis inserviendo consumor».

Берегите себя…

P.S.: Не смея признаться Вам семь лет назад, я написала семь лет спустя…Не люблю незавершенных дел, поэтому живя новой жизнью просто вспомнила кусочек моей юности за который Вам очень благодарна! Может быть, это глупо, но лучше сделать что-то и пожалеть об этом, чем не сделать и пожалеть об этом вдвойне…



There are no comments

Add yours


*