«Талант заложен в каждом»: как создать оперу при участии людей с особенными потребностями

talant_zalozhen_vkazhdom_002

София Александерссон, директор шведской культурной организации Share Music&Performing Arts Sweden («Делись музыкой и исполнительским искусством») посетила Минск, чтобы провести несколько мастер-классов и встреч с будущими педагогами. Музыкант по образованию и экспериментатор по призванию, София ищет в обычных людях особый дар. Как искусство объединяет людей при помощи современных технологий, как можно общаться без слов и для чего изображать звук — в этом интервью.

Фото: Александра Титова

Фото: Александра Титова

— София, расскажите о себе, о вашем детстве, ведь все мы начинаемся оттуда.

— Я родом из Швеции, живу в городе Грэнна. Приехала сюда 16 лет назад, это маленький городок, всего 4 тысячи жителей. Моя мама шведка, а папа из Камеруна. Согласна, что мы приходим во взрослый мир из детства. Музыка всегда была частью моей жизни, моя бабушка была моей первой учительницей музыки, а первым инструментом — гитара. У нас разбрасывают рекламу — скидки продуктов на неделю. Я как сейчас помню, на обороте такого вот листка бабушка написала первые аккорды для меня. Я начала петь, и следующим инструментом стало фортепиано, а позже — скрипка.

Потом я дирижировала, управляла детским хором, хотя сама еще была ребенком. Очень рано я осознала, что музыка — часть моей жизни, это то, чем я хочу заниматься после школы. Межкультурные вопросы меня тоже волновали, возможно, потому что у меня двойное происхождение. В старших классах я ходила в международную школу. И я выбирала — музыка или международные отношения… Музыка победила, я ее изучала еще 6 лет, скрипка была моим главным инструментом, училась сначала в Швеции, затем в Лондоне. Это был курс по исполнительскому и коммуникационному искусству. Речь об общении с публикой, аудиторией — о том, как наладить диалог.

— Для нас это и сейчас звучит необычно…

— Это был инновационный курс для Англии. Мы не работали с классической музыкой, брали исключительно современную. Речь шла о том, чтобы музыкант мог общаться с публикой. Мы создавали новую музыку, у нас был преподаватель по ударным инструментам, который практиковал афро-карибскую музыку, мы занимались каждое утро тай-чи, также занимались пантомимой, изучали технику проведения мастер-классов и то, как можно вовлекать публику в процесс.

— Это какой-то особый язык, средство коммуникации?

— Да, и само искусство является видом коммуникации, оно несет в себе эту составляющую. То есть иногда исполнение музыкального отрывка — это еще не общение с публикой, надо интересоваться слушателями, найти новые средства коммуникации кроме концертов. В то время я развила в себе интерес к креативному артистическому искусству. Мы проходили практику, проводили цикл занятий с группой детей, среди которых были дети с особыми потребностями. Помню, в понедельник я не представляла, как доживу до пятницы, как справлюсь… Но это был потрясающий опыт, мы придумали столько вещей!

Я сейчас, к слову, занимаюсь тем же: мы придумываем невербальные методы коммуникации, например, как общаться с тем, кто лишен речи?

— Звучит интересно, но это сложно представить.

— Когда мы проводим мастер-класс, всегда есть общая тема. То есть это не то, что не могут сделать люди, это то, что их интересует. Это смена фокуса. Происходит обмен — вы что-то отдаете и что-то получаете. И вы все вместе хотите что-то сделать.

Например, мы готовим музыкальное произведение вместе с Гетеборгской оперой — это один из крупнейших в Северной Европе театров. В коллективе есть профессионалы — артисты, музыканты и наш ансамбль, в котором различные люди. Мы отбираем их за индивидуальный стиль артистического самовыражения.

Например, Юкке почти не обладает вербальной коммуникацией, но у него потрясающий голос. От него в восхищении и композитор, и либреттист. Юкке может произнести всего несколько слов, и эти слова, которые ему доступны — стали частью либретто. Кроме голоса в постановке будут использованы движения и особая пластика Юкке. Мы используем возможности, которые у человека есть, мы не ищем то, чего человек не может делать.

Репетиция оперы «Шанхай», Юкке (Йоаким Рагнарссон) в центре / Фото: София Александерссон

Репетиция оперы «Шанхай», Юкке (Йоаким Рагнарссон) в центре / Фото: София Александерссон

В искусстве часто бывает разделение на «правильное» и «неправильное». Мы находим уникальные и неповторимые артистические возможности. Когда человек с особыми потребностями становится частью творческого процесса, это не становится барьером, они не повторяют что-то за другими, не имитируют, но создают сами. В танце это еще более актуально, там надо создать новое средство творческого выражения.

Сейчас продолжается дискуссия о создании инклюзивного общества, для меня инклюзия — возможность участвовать в чем-то, будучи таким, какой ты есть, не приспосабливаясь.

— Вопрос самоуважения?

— Конечно! Чтобы достичь самоуважения, самореализации — надо чтобы общество тебя одобряло и принимало. И в этом вопросе СМИ формируют общественное мнение. Инклюзия — понятие более широкое, чем включение людей с особыми потребностями в жизнь общества. Нам всем бы не помешало осознать, что в каждом есть потенциал, в каждом заложен талант… Важно, чтобы тебя не оценивали по внешней картинке, ведь легко выносить поверхностные суждения.

Последние годы мы в ShareMusic смотрим на нормы, которые определяют, как люди себя ведут. Наша работа для кого-то провокационна, мы ставим под вопрос существование некоторых стереотипов. Но кто может рассудить, кто прав, а кто нет? И это актуально сегодня во всем мире.

— В 20 веке искусство уже сломало многие из «норм»: музыка Филиппа Гласса, хореография Пины Бауш…

— Да, и мы тоже раздвигаем границы, ломаем понятие «нормы». Нашу команду объединяет любознательность и интерес к людям. И это свойство простирается дальше, чем простое желание изменить классическое произведение, поставить его по-своему.

Команда ShareMusic создает новые произведения, но они в разном стиле. Наши творческие руководители (профессиональные артисты, музыканты, художники) должны вовлекать и делиться своими знаниями с остальными членами команды. Либреттист, который работает с нами, сказал «надо придумать метод придумывания»…

Обычно, когда ставится опера, набирают актеров на определенные роли. А мы набирали людей и не знали, какими будут у них роли. То есть работа создается теми, кто участвует. Каждый вносит свой вклад.

— Главное все это срежиссировать и способность увидеть в пластике человека с особенностями красоту, особую эстетику?

— Да. Вопрос в том, на что обращать внимание и по каким критериям выбирать людей. Мы заинтересованы в тех, кто проявляет интерес к сотрудничеству с другими людьми. Ведь в этом процессе все должны быть активными и вовлеченными.

Мы также занимаемся разработкой музыкальных арт-технологий с разными партнерами. Речь о том, чтобы найти, придумать, создать новые музыкальные инструменты, новые интерфейсы как средства выражения. Это могут быть даже доступные компьютерные приложения, более традиционные инструменты с сенсорами, техническими апгрейдами…

Допустим, если прикрепить под стол контактный микрофон, каждый звук будет резонировать, музыкальным инструментом может стать чашка или ложка — что угодно.

В проекте Mondgewächse вместе с композитором мы создавали новые интерфейсы, задачей было исследовать взаимоотношения между человеческим телом и музыкальным инструментом. Видеохудожник создал сопровождение. Идея была в том, чтобы научиться изображать звук.

— Ваши артисты с особыми потребностями меняются?

— Конечно! Очень много изменений происходит! Если вам позволили подняться на сцену (в общество) — вам проще, вы чувствуете себя увереннее и в общественной жизни. На сцене на вас все будут смотреть. Вас слушают. И у вас есть что сказать.

Потрясающе наблюдать, как люди обретают уверенность в себе. Возможно, у нас будет их единственный артистический опыт, но они уже захотят пробовать что-то новое в жизни. Мы завершили образовательную программу, учили наших артистов быть ассистентами в мастер-классах, они становятся послами ShareMusic — рассказывают о нас другим.

— Ваши спектакли и перформансы оцениваются без скидок на то, что в них участвуют люди с особыми потребностями. У ShareMusic уже есть престижные награды, подтверждающие качество продукта?

— Мы гастролировали со спектаклем Hi-Hat Xpres по России, Польше, Северной Ирландии. В 2010 году ShareMusic престижная международная награда AMI Award в категории «Танец» в Лондоне стала для нас неожиданной. В 2012 г. наше первое серьезное произведение «Рассвет в Галаманте» было частью культурной Олимпиады в Лондоне. Но самая большая награда — желание профессионалов от искусства сотрудничать с нами. Когда мы объявили, что ищем композитора для создания оперы «Шанхай», откликнулось 155 композиторов из 34 стран, со всех континентов.

— Кто поддерживает вашу организацию?

— Зародилась эта идея в Великобритании в 80-х, инициатором был доктор Майкл Сваллоу. Он хотел дать возможность заниматься музыкой ребятам с ограниченными возможностями, после того как те закончат школу. Сначала профессиональные музыканты были частью проекта, затем стали вовлекать в работу и других артистов, художников… Это происходило в формате недельных музыкальных лагерей, где участники создавали представление, показывали его. Мой такой лагерь был в 1995 году, мы тогда познакомились со Стивеном Лэнгриджем, сейчас он является художественным руководителем по опере и драме в Гетеборгской опере. В 2002 году нам предложили провести подобный лагерь в Швеции, а в 2003 году появилась наша организация.

Что касается финансирования, оно у нас региональное: в трех регионах Швеции и в одном муниципалитете есть финансирование под проекты, кроме того, мы продаем билеты на представления и делимся нашими компетенциями.

— Для этого вы и приехали в Беларусь?

— Мы недавно работали в Минском городском центре коррекционно-развивающего обучения и реабилитации, а также в БГПУ им. М. Танка. Все это происходило в рамках проекта «Софит», где нашими партнерами являются университет и общественная организация «Белорусская ассоциация помощи детям-инвалидам и молодым инвалидам». К слову, недавно в институте инклюзивного образования на базе университета был создан факультатив для студентов, будущих педагогов. Участниками этой инициативы являются не только преподаватели института, но и их коллеги с факультета эстетического образования.

София Александерссон во время семинара, проходившего в прошлом году в Галерее TUT.BY в рамках проекта «Софит» / Фото: Елена Юркевич

София Александерссон во время семинара, проходившего в прошлом году в Галерее TUT.BY в рамках проекта «Софит» / Фото: Елена Юркевич

Мини-курс проекта «Софит» в Гомеле, февраль 2016 / Фото: ShareMusic

Мини-курс проекта «Софит» в Гомеле, февраль 2016 / Фото: ShareMusic

В Беларуси сейчас важно привлечение артистов, художников, профессионалов в работу с людьми с особыми потребностями. Я почувствовала открытость белорусов, вот увидите, здесь произойдет еще много интересного!

TUT.BY



There are no comments

Add yours


*