«Каждый ребенок особенный. Иллюзия дефекта». Отрывок

1062726157

Отрывок из книги «Каждый ребенок особенный. Иллюзия дефекта», написанный немецким психологом и педагогом с 40-летним стажем Кристель Манске, эксклюзивно предоставлен издательством «Никея» для публикации на проекте «Жизнь без преград».

Инклюзия: все дети должны учиться

Понятия «полноценности» и «неполноценности» должны перестать существовать. И тогда больше не будет, например, «детей с синдромом Дауна» в отличие от других, а будут просто мальчики и девочки.

Конвенция ООН о правах инвалидов

Преамбула

Государства — участники настоящей Конвенции,

  • напоминая о провозглашенных в Уставе Организации Объединенных Наций принципах, в которых достоинство и ценность, присущие всем членам человеческой семьи, и равные и неотъемлемые права их признаются за основу свободы, справедливости и всеобщего мира,
  • признавая, что Организация Объединенных Наций провозгласила и закрепила во Всеобщей декларации прав человека и в Международных пактах о правах человека, что каждый человек обладает всеми предусмотренными в них правами и свободами без какого бы то ни было различия,
  • подтверждая всеобщность, неделимость, взаимозависимость и взаимосвязанность всех прав человека и основных свобод, а также необходимость гарантировать инвалидам полное пользование ими без дискриминации…»

Эта конвенция предполагает понятие инклюзии. Чем же отличаются друг от друга модели эксклюзии, сегрегации, интеграции и инклюзии в отношении людей с инвалидностью и без нее?

Эксклюзия: инвалиды исключены из общества.

Сегрегация: в случае сегрегации обе группы в рамках одного общества отделяются друг от друга. Появляются детские сады и школы для детей-инвалидов, создаются рабочие места для взрослых людей с инвалидностью.

Интеграция: создаются интегративные детские сады и школы, принимающие незначительное число детей с инвалидностью. Педагогическая интеграция детей в Германии, по сути, не была реализована. Ни один из детей с синдромом Дауна не получил аттестата об окончании школы.

Инклюзия: особенные дети получают полное признание в детских садах, школах и мире профессий.

Нетрудно заметить, что граница между инвалидами и не инвалидами постепенно сдвигается, а смысл инклюзии состоит в том, что эта граница и вовсе исчезает, хотя разделение на инвалидов и не инвалидов сохраняется.

Именно об этом еще в 1924 году писал Лев Выготский:

«Решительно все психологические особенности дефективного ребенка имеют в своей основе не биологическое, а социальное ядро».
«Возможно, что недалеко то время, когда педагогика будет стыдиться самого понятия «дефективный ребенок» как указания на какой-то неустранимый недостаток его природы».

«В наших руках сделать так, чтобы глухой, слепой и слабоумный ребенок не были дефективными. Тогда исчезнет и само это понятие, верный знак нашего собственного дефекта».

Господствующее в настоящее время мышление отличается дуализмом, и те ученые, которые мыслят в дуалистическом ключе, в отличие от тех, кто мыслит системно, не в состоянии понять, что все люди развиваются как биопсихосоциокультурные существа. Поэтому и возникают предрассудки:

  • «Бедняк беден потому, что не работает».
  • «Богач богат потому, что труженик».
  • «Больной болен потому, что не заботится о себе».
  • «Здоровый здоров потому, что ведет здоровый образ жизни».
  • «Глупый глуп потому, что не хочет прилагать усилия».
  • «Умный умен потому, что прилежен».
  • «Психически неполноценный неполноценен потому, что он представляет собой что-то невообразимое».
  • «Гений одухотворен потому, что он гениален».

Бертольд Брехт говорил о единстве людей, полагая, что богатство и бедность взаимно обусловливают друг друга. Он описал это в одном из своих стихотворений:

Богач и бедняк
Стояли там и смотрели друг на друга.
И бедняк сказал уныло:
«Если бы я не был беден, ты бы не был богат».

В этом стихотворении отражена идея о том, что противоположные полюса высвобождают энергию для перемен в обществе. Это соображение относится и к другим полюсам — различное движется к единству. Также и люди с инвалидностью и без нее образуют два полюса нашего общества. Не будь первых, не было бы и вторых. Можем ли мы посмотреть на эти два полюса как на находящиеся в рамках единства?

То, что действительно возможно рассматривать существующие противоположности как два взаимосвязанных полюса, относящихся к единому целому, доказывает политика примирения Нельсона Манделы. Политика Манделы — это историческое свидетельство того, что примирение возможно не только между отдельными людьми, но и в рамках расколотого противоречиями народа. Национальное примирение устранило разделение между неграми и бурами. Из этих двух противоположностей родилось понятие «южноафриканцы». С тех пор устранение разделения между этими двумя социальными группами гарантировано законом. Для Нельсона Манделы это означало, что цветное население страны — в духе примирения — прощает преступления режима апартеида, но никогда не забудет их.

Последствия политики апартеида вносили раскол не только между белыми и черными, но и между угнетателями и угнетаемыми, между теми, кто обладал властью, и беспомощными, между образованными и необразованными и т. д. На одном из мирных шествий полицейские расстреляли безоружных демонстрантов — мужчин, женщин и детей. В духе системы апартеида они имели на это право. У белой части населения был глубокий страх перед чернокожим большинством. Я убеждена, что в человеческих отношениях в большинстве случаев именно страх делает людей врагами. Благодаря предложенной Нельсоном Манделой идее примирения атмосфера в стране стала более мирной и свободной от страхов, что привело к позитивным переменам в общественной жизни.

«Воспитание — вот наиболее действенное оружие, которое у нас есть и с помощью которого мы можем изменить мир», — писал Нельсон Мандела.

В системе нашего школьного образования страх играет важную роль. Яну 5 лет. У него пшеничного цвета волосы и сияющие глаза. У него правильная речь, он уже знает все буквы и с использованием жестов может писать отдельные предложения. Вчера мы вместе с ним прорабатывали детскую книжку «Овечка Рита». Он выбрал три странички, которые ему больше всего понравились: «Рита вонючка», «Рита в грязи», «Рита дома».

С моей помощью он изготовил к этим страничкам иллюстрации. Он напечатал эти фразы на компьютере, потом мы распечатали их на принтере и наклеили на картинки. Написав фразу «Рита вонючка», он звонко засмеялся: «Рита — поросенок!»

Когда за Яном пришла мама, он радовался своим сегодняшним достижениям. Она взяла его на руки и поцеловала, он тоже поцеловал ее и сказал: «Мама!» Неожиданно для себя я заметила, что она еле сдерживает слезы. Женщина пыталась говорить: «Я так боюсь, когда думаю о школе. Боюсь, что наши надежды окажутся напрасными. Думаю, что из-за синдрома Дауна они не дадут ему шансов, а ведь он уже так много всего умеет делать! Он — лучшее, что у нас есть, и так похож на моего мужа… Он — желанный ребенок. Но все так сложно…» Ян снова сказал: «Мама!» И потом, посмотрев на меня: «Мама плачет».

Утром мне позвонила одна учительница: «Мне хотелось бы поговорить с Вами. Я прочла Вашу книжку «Плохих учеников не бывает». Не могу себе представить, как я могу помочь детям с синдромом Дауна получать аттестат. Я этого не понимаю, и не знаю, что нужно делать. Можно ли устроиться к Вам практиканткой?»

В каждом ее вопросе слышался страх, который она испытывала перед лицом задач, казавшихся ей неразрешимыми.

Политика апартеида разделяла общество и людей на полноправную белую элиту — высший слой — и бесправный чернокожий низший слой. Наше общество разделяет, например, детей с трисомией по 21-й паре хромосом как психически неполноценных — и детей с бисомией по 21-й паре хромосом как психически полноценных, то есть детей, которые, по его мнению, представляют собой ценность, и детей, которые такой ценности не представляют.

Предоставлено издательством «Никея»



There is 1 comment

Add yours
  1. Ольга

    Полный переворот в сознании от прочитанной книги. Ошеломляет, заставляет задуматься. Люди, давайте меняться!


Post a new comment


*