Инсульт, ампутация, смерть. Что ждет инвалида в белорусской тюрьме?

1021928564

Недавно в Добруше инвалида-колясочника за хулиганство приговорили к году лишения свободы. Мужчина бросил камень в кабину машиниста из-за того, что поезд перегородил ему путь в туалет. В суде обвиняемый спросил, как он будет находиться в заключении, учитывая, что прикован к коляске. На это ему ответили, что в наших колониях предусмотрены условия для разных категорий граждан.

Naviny.by решили выяснить, с какими трудностями сталкиваются инвалиды, находясь в местах лишения свободы.

Медики сказали, что все нормально, а потом инвалиду ампутировали ногу

Директор Офиса по правам людей с инвалидностью Энира Броницкая говорит, что с каждым годом организация получает всё больше обращений от осужденных людей с инвалидностью. Мы попросили специалиста вспомнить несколько историй.

bronitskaya_enira«Летом был случай, — говорит собеседница. — В Бобруйске 34-летний человек с инвалидностью был осужден за убийство. Условия содержания совершенно не соответствовали его потребностям. И после трех месяцев его перевели в больницу СИЗО № 1 Минска. У него образовались страшные пролежни. В больнице он пробыл 11 месяцев, ему сделали две операции, но в итоге человек скончался. К нам обратилась его мать, когда мужчина уже был госпитализирован. Просила: сделайте хоть что-нибудь. Но на все наши запросы приходили отписки, что, во-первых, мы не можем представлять интересы осужденного, а во-вторых, все условия соответствуют нормам».

Кроме того, в ответах госорганов часто отмечается, что состояние здоровья осужденного является медицинской тайной, поэтому переписку с правозащитниками прекращают.

«Еще был случай, — вспоминает Энира Броницкая. — У инвалида второй группы за время отсидки значительно ухудшилось состояние здоровья — ему ампутировали вторую ногу. Медицинская комиссия к нему в колонию не приезжала, реального осмотра не было, они по документам определили, поменяли ему группу и сделали рекомендации к его реабилитации без оценки тех условий, в которых человеку предстояло жить ближайшие несколько лет. Большинство из этих рекомендаций невозможно реализовать в условиях колонии».

Иногда проблемы начинаются еще до того, как вынесен приговор.

«К нам обращался человек, который, находясь в СИЗО, перенес инсульт, — вспоминает Броницкая. — Он практически не мог говорить. Непонятно, как в этой ситуации был обеспечен доступ к правосудию — обвиняемый по независящим от него обстоятельствам не мог себя защищать. Ему и писать было сложно — помогали сокамерники».

Условия содержания заключенных входит в компетенцию Департамента исполнения наказаний МВД. Однако по закону многие вопросы, связанные с правами людей с инвалидностью, должны решать местные органы власти и социальные службы. И в этом случае не всегда удается добиться правды.

«По закону инвалиды первой группы имеют право на предоставление помощника по уходу, — говорит директор Офиса по правам людей с инвалидностью. — С одним из осужденных мы пытались этого добиться, но в исполкоме, где отвечают за решение вопроса, ответили просто: ничем помочь не можем, точка.

Или взять другой вопрос — передвижение. По закону в индивидуальной программе реабилитации должно быть прописано, какая коляска человеку нужна в соответствии с его возможностями. Однако добиться выдачи именно такой коляске с индивидуальным подходом в тюрьме представляется абсолютно невозможным».

Еще один важный вопрос — безбарьерная среда. В Беларуси люди с инвалидностью и на свободе ежедневно сталкиваются с этой проблемой. Как обстоят дела в исправительных учреждениях?

    Колония № 14 в Новосадах

Колония № 14 в Новосадах

«Нам известно, что в Новосадах, под Борисовом, есть спецотряд для людей с инвалидностью, — говорит Энира Броницая. — Там условия чуть получше, насколько мы информированы, — есть пандусы, в туалетах установлены поручни. Но людей с инвалидностью не обязательно направляют именно туда. К нам письма приходят из исправительных учреждений со всей страны. Чаще всего у человека с инвалидностью те же условия, что и у остальных заключенных. Важную роль играет человеческий фактор. Если администрация, соседи по отряду понимающие, то, конечно, человека с инвалидностью никто не отправит спать на второй ярус, выделят койку ближе к выходу. Нам писал парень, у которого не было обеих рук. Он рассказывал, что кормили его другие заключенные».

Инвалид старался поменьше пить, чтобы не создавать проблем

sapelko-pavelЮрист Павел Сапелко вспоминает страшный случай, который в этом году произошел в Жодинской тюрьме.

«Там был заключенный с третьей группой инвалидности, Олег Богданов. Он перенес операцию на сердце, у него стоял искусственный клапан, — говорит собеседник. — Он должен был регулярно принимать лекарство, которое разжижает кровь. При этом нужно постоянно контролировать анализы. Но в тюрьме лечения нормального не было, заключенного толком никто не осматривал. Парень этот все время писал матери, что плохо себя чувствует, что ему не дают лекарства, что врачи игнорируют его вопросы. Он и жалобы отправлял начальнику медчасти, начальнику СИЗО — безрезультатно. Успел оставить завещание и так и умер за решеткой».

Сейчас, по словам юриста, мать Олега Богданова пытается добиться правды, чтобы виновные в смерти ее сына были наказаны.

Павел Сапелко говорит, что в белорусских колониях меньше всего думают об инвалидах:

«То, что прописано в Уголовно-исполнительном кодексе, формально выполняется — инвалидам разрешают пользоваться душем без ограничений, дают порции побольше, принимают больше передач. Но что касается медицинского обеспечения, здесь большие проблемы».

Юрист вспоминает еще одну историю. К правозащитникам обратилась мать инвалида второй группы. У ее сына были врожденные проблемы с мочевыделительной системой:

«Еще в детстве ему сделали операцию для вывода мочи — установили специальные трубки, сумку, с которой он должен был ходить. Парень этот находился в общей камере. Никаких специальных условий не было. Мать говорила, что он старался почти не пить, чтобы не создавать проблем».

«Я четыре года ходил с дыркой в голове, пластину поставили только на воле»

Бывают ситуации, когда человек получает инвалидность, уже находясь в колонии. Так случилось с одним из бывших заключенных исправительной колонии в Могилевской области.

«Произошла производственная травма, — рассказывает Андрей. — Я работал в цеху металлообработки на территории колонии. Из-за неисправности станка пятикилограммовая деталь попала мне в голову, у меня был открытый перелом лобной кости. Мне установили третью группу инвалидности, зафиксировали 25-процентную утрату трудоспособности. Я четыре года ходил с дыркой в голове. В администрации говорили, что угрозы жизни нет, мол, мне нужна только пластическая операция, поэтому пластину мне поставили только на воле».

После несчастного случая мужчина несколько дней провел в больнице, потом на два месяца его отправили в санчасть. В это время в колонии выясняли, кто виноват в произошедшем.

«От меня скрыли все обстоятельства, — говорит Андрей. — Инспектор по труду не разъяснил мои права, прокуратура проверку не проводила. В итоге записали, что несчастный случай произошел в результате нарушения локальных актов. Вроде как я один был виноват, хотя грубой неосторожности с моей стороны установлено не было».

Мужчине заплатили страховое возмещение, но больничный так и не компенсировали. «За те два месяца в санчасти мне ничего не заплатили. Объяснили, мол, у них нет больничных листов. Я долго добивался правды, но безрезультатно», — вспоминает он.

Пенсию по инвалидности ему тоже начали платить не сразу. Сейчас мужчина обратился в суд за компенсацией утраченной разницы.

По наблюдениям Андрея, в колониях, где он был во время отбытия наказания, инвалидов первой и второй группы старались содержать в отдельных отрядах.

«Они там живут по своему расписанию. Могут не работать, пенсия им идет, а это хорошие деньги, если сравнить с зарплатой на зоне, — говорит собеседник и уточняет, что на «промышленности» осужденные в лучшем случае получают 100-200 тысяч рублей в месяц. — Отрядник у них, как правило, очень довольный. У инвалидов ведь деньги есть, поэтому они могут выписать сразу несколько экземпляров «Трудового пути» (газета, которую выпускает ДИН. — ред.), начальнику отряда за это полагается премия».

Еще одна важная проблема — пособие по инвалидности. Энира Броницкая обращает внимание, что часть этих денег уходит на содержание заключенного:

«До 75% забирает колония. Потому инвалидов не хотят отправлять на условно-досрочное освобождение — их пенсия гораздо выше, чем зарплата заключенных, с которой также удерживаются средства на нужды колонии».

Правозащитникам закрыт доступ в колонии

Сколько именно инвалидов осуждено в Беларуси, общественности неизвестно. В Департаменте исполнения наказаний пояснили, что это закрытая информация. То же касается и вопроса о безбарьерной среде в колониях.

По словам специалистов ведомства, при исполкомах и Министерстве юстиции созданы специальные комиссии, которые осуществляют мониторинг пенитенциарной системы в Беларуси. Однако анализ по условиям содержания конкретно инвалидов никто не осуществляет.

Правозащитники чаще всего узнают о ситуации в колониях от самих осужденных. Информация эта не всегда объективна, но доступа для независимого мониторинга пока нет.

«Мы обращались в прошлом году в республиканскую общественную, минскую городскую, минскую областную комиссии, которые осуществляют мониторинг, о включении представителя нашей организации в состав комиссии, но получили отказ. С результатами наблюдений общественность также не ознакомили, — говорит Энира Броницая. — Изредка на сайте Минюста появляются новости, что комиссия побывала в исправительном учреждении. Исходя из этих сообщений, выходит, что они посещают примерно 1,5 колонии в год. Конечно, назвать такой мониторинг полноценным нельзя».

Соразмерность наказания — вопрос, который постоянно подымают правозащитники.

«Мы не говорим, что человека с инвалидностью, который совершил преступление, надо оправдать только из-за его заболевания, — отмечает директор Офиса по правам людей с инвалидностью. — Но суд при назначении наказания должен исходить из того, в каких условиях сегодня содержатся люди с инвалидностью в колониях. По сути, эти условия можно сравнить с пытками. Тут и здоровый не каждый выдержит, что уж говорить про человека с инвалидностью. Поэтому так важно учитывать соразмерность наказания, особенно если речь идет о менее тяжких преступлениях. Есть ведь и другие варианты. К примеру, ограничение свободы без направления в исправительное учреждение или отсрочка наказания».

Источник : http://naviny.by



There are no comments

Add yours


*